Уменьшить изображение Андрей Васильев

Z1Сказать, что после ухода из группы я был в подавленном состоянии, это значит вообще ничего не сказать. Был уничтожен мой музыкальный мир, в котором я жил все последние 18 лет. Он потерял смысл. Понимание того, что сцена - это всего лишь место кукольного шоу для марионеток, приводимых в движение теми, кто находится за кулисами большой игры, ничего кроме отвращения и гнева у меня уже не вызывало. Поэтому, запалив на пустыре костерок, я предал огню многие фотографии и пленки, которые могли напоминать мне о былой жизни. Теперь оставалось только войти в ворота с табличкой «Мир без музыки» и шлепать дальше по этому миру, о законах и правилах которого я не имел ни малейшего представления. Начать изучение этого мира я решил с Библии. Увеличить изображение Первое время откровения Книги Книг повергали меня то в ужас, то в отчаяние, то в недоумение, поскольку, поглядывая на свой прожитый путь, я находил в нем множество несоответствий с описанными в Библии «правилами хорошего поведения». Но, изучив на всякий случай другие духовные наставления массового спроса (включая Коран), я все же пришел к выводу, что законы Библии хотя и суровы, но все же более логичны, поэтому остановил свой выбор на этом «путеводителе» в грядущем путешествии по незнакомым мне местам. Распродав за ненадобностью все музыкальные инструменты и аппаратуру, я засобирался в деревню, дабы, уединившись в глуши, более собранно приступить к изучению «Книги жизни». К тому же в деревне «Синдрому» меня было бы уже точно не достать. Но однажды за сборами, когда я копался во дворе в железных потрохах своего «Пепелаца», ко мне подошли двое парней, по образу и подобию весьма смахивающих на музыкантов. Подозревая в них очередных «засланцев» из «Синдрома», которые приведут в действие какой-нибудь новый изощренный механизм моего возвращения в музыку, я очень насторожился. Поэтому на вопрос одного из заговоривших «Могу Вам чем-то помочь?» резко ответил: «Разве что дать мне откушать мышьяку», – давая понять, что при любом дальнейшем раскладе мне терять уже нечего. Но парень вдруг рассмеялся: «Вы не из Магадана? – Так, точно началось. Не на лбу же у меня это написано? Свалить не успел. Вычислили, – подумал я, краем глаза осматривая двор на предмет, не появились ли поблизости характерные бритые головы из числа «группы поддержки». - Ну, из Магадана. А откуда узнали? – Да, машина у Вас с магаданскими номерами». В дальнейшем осторожном разговоре удалось выведать, что к «Восточному синдрому» этот парень все же не имеет никакого отношения, хотя сам он в Магадане бывал. К тому же его двоюродный брат покоится там, в вечной мерзлоте Марчеканской сопки, так что передо мной в полном смысле стоял земляк, с которым можно было бы даже позволить себе поговорить откровенно. Это был Андрей Васильев (Судзуки), мой первый друг в новой жизни. К слову сказать, он тоже был музыкантом, тоже барабанщиком и человеком, исповедующим православие, поэтому мы довольно быстро нашли понимание друг друга. Мне трудно сказать, сколько раз впоследствии он выручал меня и оказывал поддержку в моем непростом пути «без музыки». В тот момент, когда мы познакомились, я не имел никакого представления ни о предстоящей «не музыкальной» жизни, ни обо всех ее каверзных мистических раскладах. Но он это понимал и, несмотря на то, что впоследствии я делал множество ошибок, он всегда умел мне их прощать. Так и до сих пор он остался для меня моим верным другом и в трудные и в хорошие времена. Хотя, думая о нем, я часто ощущаю свое печальное несоответствие.

Следующая страница * * * Предыдущая страница * * * Меню фотохроники * * * Обсуждение страницы на форуме